Английская поэзия

ГлавнаяБиографииСтихи по темамСлучайное стихотворениеПереводчикиСсылкиАнтологии
Рейтинг поэтовРейтинг стихотворений

Edmund Spenser (Эдмунд Спенсер)

The Shepheardes Calender. Ægloga 6. Iune

Ægloga Sexta.

A R G V M E N T.
THis Æglogue is wholly vowed to the complayning of Colins ill successe in his loue. For being (as is aforesaid) enamoured of a Country lasse Rosalind, and hauing (as seemeth) founde place in her heart, he lamenteth to his deare frend Hobbinoll, that he is nowe forsaken vnfaithfully, and in his steed Menalcas, another shepheard receiued disloyally. And this is the whole Argument of this Æglogue.

HOBBINOL.       COLIN Cloute.

LO Coll[in], here the place, whose pleasaunt syte
From other shades hath weand my wandring mynde. 
Tell me, what wants me here, to worke delyte? 
The simple ayre, the gentle warbling wynde, 
So calme, so coole, as no where else I fynde: 
The grassye ground with daintye Daysies dight, 
The Bramble bush, where Byrds of euery kynde 
To the waters fall their tunes attemper right. 

O happy Hobbinoll, I blesse thy state, 
That Paradise hast found, whych Adam lost. 
Here wander may thy flock early or late, 
Withouten dreade of Wolues to bene ytost: 
Thy louely layes here mayet thou freely boste. 
But I vnhappy man, whom cruell fate, 
And angry Gods pursue from coste to coste, 
Can nowhere fynd, to shouder my lucklesse pate. 

Then if by me thou list aduised be, 
Forsake the soyle, that so doth the bewitch: 
Leaue me those hilles, where harbrough nis to see, 
Nor holybush, nor brere, nor winding witche: 
And to the dales resort, where shepheards ritch, 
And fruictfull flocks bene euery where to see. 
Here no night Rauens lodge more blacke then pitche, 
Nor eluish ghosts, nor gastly owles doe flee.

But frendly Faeries, met with many Graces, 
And lightfote Nymphes can chace the lingring night, 
With Heydeguyes, and trimly trodden traces, 
Whilst systers nyne, which dwell on Parnasse hight, 
Doe make them musick, for their more delight: 
And Pan himselfe to kisse their christall faces, 
Will pype and daunce, when Phoebe shineth bright: 
Such pierlesse pleasures haue we in these places. 

And I, whylst youth, and course of carelesse yeeres 
Did let me walke withouten lincks of loue, 
In such delights did ioy amongst my peeres:
But ryper age such pleasures doth reproue, 
My fancye eke from former follies moue 
To stayed steps: for time in passing weares 
(As garments doen, which wexen old aboue) 
And draweth newe delightes with hoary heares.

Tho couth I sing of loue, and tune my pype 
Vnto my plaintiue pleas in verses made: 
Tho would I seeke ………………………… , 
To giue my Rosalind, and in Sommer shade 
Dight gaudy Girlonds, was my comen trade, 
To crowne her golden locks, but yeeres more rype, 
And losse of her, whose loue as lyfe I wayd, 
Those weary wanton toyes away dyd wype. 

Colin, to heare thy rymes and roundelayes, 
Which thou were wont on wastfull hylls to singe, 
I more delight, then larke in Sommer dayes: 
Whose Echo made the neyghbour groues to ring, 
And taught the byrds, which in the lower spring 
Did shroude in shady leaues from sonny rayes, 
Frame to thy songe their chereful cheriping, 
Or hold theyr peace, for shame of thy swete layes.

I sawe Calliope wyth Muses moe,
Soone as thy oaten pype began to sound, 
Theyr youry Luyts and Tamburins forgoe: 
And from the fountaine, where they sat around, 
Renne after hastely thy siluer sound. 
But when they came, where thou thy skill didst showe, 
They drewe abacke, as halfe with shame confound, 
Shepheard to see, them in theyr art outgoe. 

Of Muses Hobbinol, I conne no skill: 
For they bene daughters of the hyghest Ioue, 
And holden scorne of homely shepheards quill. 
For sith I heard, that Pan with Phoebus stroue, 
Which him to much rebuke and Daunger droue: 
I neuer lyst presume to Parnasse hyll, 
But pyping lowe in shade of lowly groue, 
I play to please my selfe, all be it ill.

Nought weigh I, who my song doth prayse or blame, 
Ne striue to winne renowne, or passe the rest: 
With shepheard sittes not, followe flying fame: 
But feede his flocke in fields, where falls hem best. 
I wote my rymes bene rough, and rudely drest: 
The fytter they, my carefull case to frame: 
Enough is me to paint out my vnrest, 
And poore my piteous plaints out in the same.

The God of shepheards Tityrus is dead, 
Who taught me homely, as I can, to make.
He, whilst he liued, was the soueraigne head 
Of shepheards all, that bene with loue ytake: 
Well couth he wayle hys Woes, and lightly slake 
The flames, which loue within his heart had bredd, 
And tell vs mery tales, to keepe vs wake, 
The while our sheepe about vs safely fedde.

Nowe dead he is, and lyeth wrapt in lead, 
(O why should death on hym such outrage showe?) 
And all hys passing skil with him is fledde, 
The fame whereof doth dayly greater growe. 
But if on me some little drops would flowe, 
Of that the spring was in his learned hedde, 
I soone would learne these woods, to wayle my woe, 
And teache the trees, their trickling teares to shedde.

Then should my plaints, causd of discurtesee,
As messengers of all my painful plight, 
Flye to my loue, where euer that she bee, 
And pierce her heart with poynt of worthy wight: 
As shee deserues, that wrought so deadly spight. 
And thou Menalcas, that by trecheree 
Didst vnderfong my lasse, to wexe so light, 
Shouldest well be knowne for such thy villanee.

But since I am not, as I wish I were, 
Ye gentle shepheards, which your flocks do feede, 
Whether on hylls, or dales, or other where, 
Beare witnesse all of thys so wicked deede: 
And tell the lasse, whose flowre is woxe a weede, 
And faultlesse fayth, is turned to faithlesse fere, 
That she the truest shepheards hart made bleede, 
That lyues on earth, and loued her most dere. 

O carefull Colin, I lament thy case, 
Thy teares would make the hardest flint to flowe. 
Ah faithlesse Rosalind, and voide of grace, 
That art the roote of all this ruthfull woe. 
But now is time, I gesse, homeward to goe: 
Then ryse ye blessed flocks, and home apace, 
Least night with stealing steppes doe you forsloe, 
And wett your tender Lambes, that by you trace. 

Colins Embleme.

Gia speme spenta.

Перевод на русский язык

Пастуший Календарь. Эклога 6. Июнь

Ægloga Sexta

Эклога сия всецело посвящена сетованиям Колина, удрученного любовным своим злосчастием – поелику, будучи (как уже повествовалось выше) очарован сельскою красоткой Розалиндой и (как ему чудилось) отыскав себе уголок в девичьем сердце, потерпел он от коварства означенной изменницы, коей соделался любезен другой пастух, Меналк, – и ныне плачется Колин дорогому другу своему, Гоббинолю, на одиночество и горькую участь. И сим исчерпывается содержание шестой Эклоги.

Г о б б и н о л ь,   К о л и н  К л а у т

Здесь, Колин, и приволье и приют.
Не сыщется другой такой долины!
Ручей рокочет, зяблики поют,
Вовсю цветут кусты лесной малины,
Тенистые деревья-исполины
Прохладу вожделенную дают,
А ветер нежно гладит их вершины.
Скажи: чего для счастья мало тут? 

                     К о л и н

Счастливец! Ты сыскал себе отраду –
Покой и тишину – в земном раю.
Вольготно здесь и пастуху и стаду:
Здесь волк не унесет овцу твою.
Пой радостные гимны бытию!..
Мои же песни стали чужды ладу
Веселому – все горше слезы лью,
Все чаще жизнь моя подобна аду.

                Г о б б и н о л ь

Позволь, я добрый дам тебе совет:
Переберись навек сюда, на юг.
На севере отвратен белый свет:
Лишь вереск да чертополох вокруг,
И спасу нет зимой от лютых вьюг.
А тут луга, леса – тут бересклет,
Рябина, ясень, вяз… И тут, мой друг,
Ни злобных духов, ни кикимор нет, –

      Лишь Феи, да Хариты и Дриады
Пускаются при лунном свете в пляс –
Игривы, легконоги, вечно млады, –
И лиры Муз, покинувших Парнас,
Бряцают пляске в лад за часом час,
И Пан бросает на плясуний взгляды.
Где радостней живется, чем у нас?
Где сыщутся подобные услады? 

                     К о л и н

Покуда я был юн и полон сил
И не пришла пора лихим годинам,
Я тоже игры сельские любил,
Столь милые младым простолюдинам.
Да не пристали старческим сединам
Ни мой былой задор, ни прежний пыл:
Я сделался премудрым господином
Своим страстям – суров, угрюм, бескрыл.

      Я извлекал сладчайшие напевы
Из лучшей меж пастушеских цевниц
И нежил слух неблагодарной девы;
Пред Розалиндой простирался ниц;
А сколь свивал цветочных плетениц –
Венчать чело пастушьей королевы!
Но годы мчатся прочь проворней птиц…
Любовь моя и жизнь моя – о где вы?..

                Г о б б и н о л ь

О милый Колин, каждая рондель,
Что на холмах была тобою спета,
Милее мне, чем жаворонка трель
Средь ласкового солнечного лета.
И чудится: у сельского поэта
Пичуги обучаются досель
Руладам звонким – встарь из очерета
Ты ладил бесподобную свирель!

      Она ласкала девяти Каменам
Непогрешимый, безупречный слух;
И, внемля переливам и коленам,
Сюда во весь летели Музы дух –
Так по ветру летит легчайший пух –
И огорченно говорили: «Где нам
Равняться с ним?» – Увы, простой пастух
Их превзошел в искусстве несравненном! 

                     К о л и н

Над Музами не смейся, Гоббиноль,
Оставь сие невеждам да болванам.
А состязаться с Музами? Уволь:
Припомни, как в самодовольстве рьяном
Был Фебу древле брошен вызов Паном!
Нет, на Парнас я не стремлюсь нисколь –
И лишь окрестным рощам и полянам
Поведаю печаль мою и боль.

      Я не хвалю и не бичую нравы,
Не алчу ни почета, ни наград;
Мои стихи отнюдь не величавы:
Я только скромный пастырь овчих стад.
Я рифмы подбираю наугад
И не взыскую мимолетной славы –
И равнодушный устремляю взгляд
На сельские проказы и забавы. 

      О Титир *! О наставник мой и бог,
О светоч стихотворческой науки!
Любил он – и бывал печален слог,
Но брал себя певец исправно в руки
И вновь струились радостные звуки –
Ведь неизменно ключ Кастальский мог
Залить огонь любой сердечной муки
И заживить полученный ожог! 

      И пусть угрюмый гробовой свинец
Укрыл поэта от земных невзгод,
Пусть песнопеньям наступил конец –
Не меркнет блеск их, слава их растет!
О, если бы хоть каплю чудных вод
Послал и мне Кастальский студенец –
Рыдал бы даже мой курчавый скот,
Внимая, как седой поет юнец… 

      Тогда моя горчайшая печаль
На крыльях сладкозвучного напева
Летела бы к неверной деве, вдаль –
И ты бы всякий день скорбила, дева!
Но впрочем, ты бесчувственнее древа…
А ты, Меналк, беды моей коваль,
Ты, соблазнитель, праведного гнева
Пастушьего избегнул бы едва ль!

      Увы, мои достоинства немноги…
О пастыри, блюстители отар –
Молю вас: будьте непреклонно строги
К изменнице! Браните, млад и стар,
Преступный пыл и похотливый жар
Коварной девы, мнимой недотроги!
Я получил предательский удар –
Едва дышу, едва таскаю ноги… 

                Г о б б и н о л ь

Что ж… Мыслю, разрыдался бы кремень,
Тебе внимая, бедный мой собрат!
Пусть жители окрестных деревень
Нещадно Розалинду разбранят –
Пусть брань пастушья сыплется, что град…
А нам пора домой: окончен день,
Роса неблаготворна для ягнят.
Эй, овцы, поживей! Стряхните лень!

Девиз Колина:

Gia speme spenta

© Перевод Сергея Александровского (2015)
Сергей Александровский - русский поэт и переводчик.

* Чосер. – Примечание Спенсера.

Edmund Spenser's other poems:
  1. Amoretti 80. After so long a race as I have run
  2. Amoretti 87. Since I have lackt the comfort of that light
  3. Amoretti 67. Lyke as a huntsman, after weary chace
  4. Amoretti 75. One day I wrote her name upon the strand
  5. Amoretti 71. I ioy to see how, in your drawen work

Распечатать стихотворение. Poem to print Распечатать (Print)

Количество обращений к стихотворению: 2888

Последние стихотворения

To English version


Английская поэзия. Адрес для связи eng-poetry.ru@yandex.ru